В этот раз вместе с родителями мы оказались в удивительном месте – Музее истории религии, который находится на Почтамтской улице. Что здесь удивительного? Музей работает по понедельникам – это раз. Со словом «инклюзия» здесь хорошо знакомы – это два. Дотрагиваться до некоторых экспонатов со специальной пометкой можно смело – это три.
В просторном холле нас встретила руководитель Центра музейной инклюзии – Наталия Кондратюк. Сразу скажу, что мы свалились как снег на голову, попросив об ознакомительной экскурсии буквально за день до нашего приезда. Но к журналу «Я – МОГУ!» отнеслись очень благосклонно – и сразу выделили для нас время.
Спасибо большое, что быстро откликнулись на нашу просьбу! Расскажите, пожалуйста, что вы делаете, чтобы для необычных посетителей ваш музей был не только доступным, но и интересным?
Для нас каждый посетитель – необычный и дорогой гость. Поэтому, рассказывая о деятельности Центра музейной инклюзии и других отделов музея, я буду иметь в виду совершенно разных посетителей. Мы стремимся к тому, чтобы каждый для себя мог выбрать самый комфортный способ знакомства с нашим музеем.
Для многих музеев, располагающихся в исторических зданиях, есть одна общая проблема – физическая доступность. Дом, в котором уже более 20 лет живет Музей истории религии, снаружи выглядит, как классическая застройка Петербурга середины XIX века. Однако на самом деле он гораздо старше. Здание на Почтамтской, 14, помнит усадьбу первого генерал-прокурора Правительствующего сената – Павла Ивановича Ягужинского, перестройки конца XVIII и середины XIX веков, служащих почтового ведомства и жильцов, заселявших его после Октябрьской революции, советскую столовую №5 и продовольственный магазин.
Наш музей размещается здесь с 2000 года. Постоянная экспозиция расположилась на втором этаже, а на пятом, в атриуме, проходят временные выставки. Нам повезло – в музее есть лифт, который позволяет всем желающим посетить основные музейные пространства. Наш коллектив стремится, чтобы от физической доступности – лифт, пандусы – не отставала и информационная. Музей широко представлен в цифровом пространстве: мы ведем социальные сети (у Центра музейной инклюзии есть своя группа «ВКонтакте» – «Музей истории религии | Инклюзивные программы https://vk.com/inclusion_gmir?from=groups), на платформе izi.travel выложены наши видеогиды на русском жестовом языке и тифломаршрут.
Инклюзивное направление развивалось в отделе образовательных программ и музейной педагогики. В 2011 году появился детский отдел «Начало начал». Это комплексное интерактивное экспозиционное пространство, дополняющее постоянную экспозицию музея и спроектированное по принципам универсального дизайна. В действительности там интересно не только детям! И я приглашаю вас туда пройти.
(Мы оказались в юрте шамана. В центре – имитация костра, на стенах – шкуры и маски, над головой – звездное небо. Слышались разные голоса и звуки природы. Мы расположились на стоящих вдоль стен сундуках и продолжили разговор.)
А кто создал такое необычное пространство?
Художником проекта был Александр Райхштейн – иллюстратор, скульптор, автор интерактивных пространств, масштабных выставок, инсталляций-трансформеров. Александр вдохновляется творческой энергией, присущей только детям! Потому в нашем пространстве так много свободы для игры и исследования. Каждый предмет – это высокоточная копия музейного экспоната, чаще всего выполненная из аутентичного материала. Любой понравившийся предмет можно взять в руки, обследовать, оценить его вес и фактуру.
Несмотря на то что данное пространство создано более десяти лет назад, к нам до сих пор приезжают перенимать опыт художники, дизайнеры, музейные педагоги, занимающиеся проектированием детских центров, интерактивных пространств, а также инклюзивных программ. Конечно, «Начало начал» имеет большой потенциал в работе с незрячими и слабовидящими детьми и взрослыми.
Почему знакомство с музеем начинается именно с юрты шамана?
Когда мы окажемся на втором этаже, в пространстве постоянной экспозиции, то увидим, что повествование музея начинается с рассказа про архаические древнейшие верования на примере коренных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока России, а также индейцев Северной Америки, народов Меланезии, Индонезии и Западной Тропической Африки.
Так и в «Начале начал» на интерактивной программе «Собака по имени Тигр» можно получить непосредственное впечатление об этих народах, их представлениях об устройстве мира, их мифах, обрядах и верованиях. Здесь все экспонаты разрешено брать в руки. Это помогает изучить предметы и понять, для каких целей они были созданы. Участникам программы мы предлагаем догадаться о бытовом предназначении предметов или попробовать интерпретировать их, опираясь на собственный опыт. А после – узнаем миф или аспект верования тех или иных народов. В программе «Собака по имени Тигр» не рассказывается о конкретном народе – наоборот, подчеркиваются общие черты уклада жизни коренных народов, веры в духов, шаманизма. Вы решили, что мы находимся в юрте, но это также может быть чумом или ярангой. Жить могут здесь эскимосы, чукчи, алеуты, коряки, ненцы. Некоторые из этих предметов мы увидим на экспозиции за стеклом витрин, а здесь их можно даже примерить.
(Мы решили воспользоваться моментом и надели маски охотников. Когда еще подвернется такая возможность?)
«Начало начал» – трансформирующееся пространство, здесь проходят и другие тематические программы. Рассказывать можно не только про архаические верования, но и про античность, зарождение христианства. В зависимости от тематики меняется интерьер: вместо звездного неба – окно, вместо шкур – античные колонны, юрта превращается в римский Пантеон. Здесь можно не только изучать историю и культуру, но и создавать что-то самим. Для работы в стенах «с секретом» скрыты складные откидные столы и шкафчики с материалами для творчества. Можно попробовать себя и в роли археолога – в полу есть отверстия, где можно «случайно» обнаружить артефакт и керамические черепки с настоящего раскопа.
Кто проводит экскурсии для разных категорий посетителей?
В нашем музее есть несколько подразделений по приему посетителей. Это научно-просветительный отдел, сотрудники которого проводят экскурсии для всех гостей (обычно старше 12 лет). Есть сектор детских программ, который, как и Центр музейной инклюзии, относится к отделу образовательных программ и научно-методической работы. Заявки на экскурсии и музейные занятия могут поступать в разные отделы, поэтому все сотрудники повышают квалификацию и работают с самыми разными посетителями.
А в штате есть сотрудники, владеющие русским жестовым языком?
Раньше в Центре музейной инклюзии работала Юлия Тугаринова, музеевед и переводчик русского жестового языка. Сейчас я сама изучаю РЖЯ. Всегда очень интересно иметь возможность общаться с людьми на родном для них языке.
Вы чувствуете потребность в специалистах подобного рода?
Потребность, конечно, есть. Мы привлекаем профессионального глухого гида Юлю Быстрову, искусствоведа по образованию, она работает как приглашенный специалист. Когда экскурсию проводит слабослышащий или глухой гид на РЖЯ, то сразу же сокращается дистанция. Очевидно, что без участия переводчика не все музейные программы могут быть доступными для глухих и слабослышащих: кураторские экскурсии, лекции от научных сотрудников по определенным темам должны проходить именно с переводом. Но самые востребованные экскурсии могут быть подготовлены глухими или слабослышащими гидами и проводиться для целевой аудитории. Например, мы сделали Специальный проект в рамках фестиваля «Детские дни в Петербурге».
А что это за фестиваль?
На протяжении 20 лет фестиваль ежегодно объединяет более 40 музейных площадок. Теперь подключились библиотеки, культурные центры, даже некоторые театры – с программами для детской, подростковой и семейной аудитории. Это маршрутные листы в рамках основной и параллельной программ фестиваля: разнообразные события, отличающиеся по формату от обычных экскурсий. Для прошедшего осенью 2024 года фестиваля мы предложили Специальный проект «На одном языке». Программа адресована глухим и слабослышащим детям, подросткам, семьям, использующим в общении русский жестовый язык. Идея проста: пять площадок – современный культурный центр и четыре музея – выбрали из своего репертуара лучшие программы для детей и подростков и с помощью команды фестиваля подготовили профессиональных гидов на РЖЯ. Программы прошли в дни фестиваля.
А есть у вас экспонаты на постоянных экспозициях, которые можно трогать руками?
Да, есть, они со специальными этикетками с рельефно-точечным шрифтом Брайля. Конечно, мы хотим расширить тифломаршрут и больше экспонатов интегрировать в залы постоянной экспозиции. Мы, музейные педагоги и экскурсоводы, часто берем с собой сумку с предметами, которые можно потрогать. Среди таких дополнительных материалов, например, кожаный бубен, привезенный из Бурятии. Его можно брать в руки, звучать – это интересно для всех: детей, взрослых, незрячих и слабовидящих посетителей. При создании новых программ мы руководствуемся общим интересом людей исследовать музей посредством естественного использования разных сенсорных модальностей, вне зависимости от наличия инвалидности.
Наш тифломаршрут называется «От архаики до христианства», то есть охватывает примерно половину постоянной экспозиции. Тем не менее после прохождения маршрута незрячие и слабовидящие посетители хотят возвращаться в музей, ждут новых экскурсий. Мы дополнили уже хорошо знакомые гостям тактильные объекты ароматами, которые с древнейших времен играли важную роль в религиозной жизни и были неотъемлемой частью ритуалов. Получилась новая программа «Божественные ароматы: ольфакторная прогулка», пользующаяся интересом не только у гостей с инвалидностью. Например, на экскурсии мы пытаемся распознать аромат багульника, окуривание которым является частью шаманских ритуалов, и узнаем, как это же растение используют в медицине. Разбираем на ингредиенты фимиам – благовонное вещество, сжигаемое при богослужении в иудаизме и христианстве. Рассматриваем сосуды-курильницы разных традиций.
В одном из залов есть деревянная выдра. Почему в экспозиции такое внимание уделено именно этому животному?
Для шаманов-тлинкитов, индейцев Северной Америки, было важно особым образом поймать выдру. Считалось, что ее язык помогал понять языки всего окружающего мира: растений, животных, птиц, рыб. Действие по его добыче сопровождалось определенными ритуалами. Поэтому сосуд в виде выдры был выбран для создания тактильного объекта в разделе «Шаманство у индейцев Америки», на его основе можно многое рассказать про культуру тлинкитов.
(Затем мы перешли в зал «Религии Древнего мира». Здесь сохраняется тот же принцип, когда тактильный экспонат расположен перед самим предметом. Как пояснила Наталия, это для того, чтобы не разделять пришедших в музей друзей или семью, если среди них есть незрячие или слабовидящие.)
Древний Египет – очень популярная тема у школьников. Не исключение и незрячие пятиклассники. К нам приезжают ученики специализированной школы-интерната №1 имени К.К. Грота, которые отлично ориентируются в истории Древнего мира, называют имена богов египетского и греческого пантеонов, рассказывают, какой бог или богиня за что отвечали, за что их почитали. Особенно увлеченные ребята начинают описывать по памяти: «у этого бога изображается голова шакала, а у другого – голова крокодила», но в иконографии, конечно, начинают путаться, поэтому им особенно важно тактильно осмотреть изображение.
Мы стараемся компенсировать отсутствие тактильных экспонатов дополнительными материалами: реконструкцию папируса сравниваем с листом пальмы, включаем ароматы, звуки. Например, для раздела «Иудаизм» есть широкий ряд тактильных предметов, но ритуальный духовой музыкальный инструмент шофар, изготовленный из рога животного, располагается в витрине. Зато на экскурсии мы можем послушать, как он звучит.
В вашем музее представлены религии Индии, Китая, католицизм, протестантизм, буддизм и в каждом зале есть место инклюзии.
Мы не стараемся обойти весь музей за один раз. Сейчас в перечисленных залах нет тактильных экспонатов. Экскурсии проходят по темам. Если мы собираемся посетить данные разделы, то берем с собой дополнительные материалы. Кроме того, нам помогают коллеги-хранители, предоставляя экспонаты из научно-вспомогательного фонда – их можно изучать тактильно. Сами залы музея, их необычную архитектуру интересно осваивать посредством проприоцепции. А, например, на экскурсии с элементами пластической медиации «Сакральные источники танца» мы предлагаем подвигаться и обсудить разные религиозные традиции с точки зрения движения. В рамках данной программы мы посещаем в том числе залы буддизма, религии Индии, Японии и Китая.
(В зале, посвященном христианству, я увидел огромный оклад книги из посеребренного металла. Нам о таких рассказывали на уроках литературы. Он весь покрыт объемными изображениями, в руках его не подержишь – он очень тяжелый, но прикоснуться вполне реально.)
В конце нашей встречи я не мог не задать Наталии еще один вопрос: как вы пришли в инклюзию?
Я искусствовед по образованию, училась на историческом факультете СПбГУ. Еще во время учебы, кроме интереса к истории искусства и музеям, я ощущала потребность работать с людьми, находящимися в разных жизненных обстоятельствах. После второго курса, например, я была волонтером в благотворительной организации «Перспективы», которая с 1996 года работает в Санкт-Петербурге для улучшения жизни детей и взрослых с тяжелой инвалидностью. Учась в университете, я наблюдала и изучала, как начала развиваться музейная инклюзия. Мне кажется, что именно музеи стали амбассадорами в области культурной инклюзии, и мне хотелось быть к этому причастной. Я очень рада, что получается совмещать мои большие профессиональные интересы к культуре и социальной сфере.
