А в степи: бушует ветер, / Ветер бурю догоняет, /
И абстрактные картины / Все развешаны мои...»
В белокаменных палатах XVII века на Маросейке были представлены 70 работ из собраний Музея AZ, Третьяковской галереи, семьи самого художника и шести частных коллекций. Некоторые из них зритель увидел впервые. Назвали выставку строкой из нерифмованного стихотворения самого художника «А в степи: бушует ветер...»
Тяжелая судьба и «легкая» живопись
Судьба художника, работы которого находятся в крупнейших музейных и частных собраниях по всему миру, была к нему неблагосклонна. С раннего детства Владимир отличался очень слабым здоровьем. Из-за эндокринного заболевания он смог окончить лишь 4 класса средней школы, в 16 лет, из-за искривления роговицы, практически перестал видеть, а вскоре у него диагностировали психический недуг. Яковлева поставили на учет у психиатра по причине развития шизофрении. Но несмотря на все эти, казалось бы, перечеркивающие будущее факторы, он смог стать знаменитым художником-поэтом, чьи картины отличаются особой легкостью и лиризмом.
Родился художник в 1934 году в Балахне Горьковской области в творческой семье. Его дед Михаил Яковлев, один из основателей русского импрессионизма, был учеником Ильи Репина и известным пейзажистом. А отец окончил Брюссельский университет. Опять же, в силу диагнозов, высшее художественное образование Владимир получить не мог, поэтому стал самостоятельно изучать и историю искусства, и судьбы великих художников. Подростком он устроился работать в издательство «Искусство», где был и курьером, и фоторетушером.
Важным поворотным моментом в его жизни стал VI Всемирный фестиваль молодежи и студентов 1957 года. Тогда в парке Горького открыли выставку зарубежных художников-абстракционистов, среди которых были работы Джексона Поллока. Увидев их, Яковлев так вдохновился, что, встав дома за мольберт, уже не выпускал кисть из рук практически до последних дней. К середине 70-х годов Яковлев почти полностью ослеп, но писать картины не перестал. Скованный проблемами со здоровьем и удушающими бытовыми условиями, он продолжает писать, подходя вплотную к холсту. Художник создает свой уникальный мир, наполненный чистой радостью, светлой легкой энергетикой. Яковлев практически постоянно, вплоть до смерти матери, жил с родителями в небольшой коммунальной квартире на Лесной улице. В конце жизни он оказался в психиатрической больнице им. Кащенко, при этом все еще продолжая там рисовать. Умер Яковлев от туберкулеза в 1998 году.
Цветы и лица
Открывая выставку, генеральный директор Музея AZ и Центра современного искусства AZ/ART Наталия Опалева отметила, что Владимир Яковлев – один из самых важных художников не только коллекции музея, но и всего московского неофициального искусства второй половины ХХ столетия: «Еще при жизни его высоко ценили друзья-художники, называя гением. О себе Яковлев говорил: «В целом я художник «Портрета ветра» и цветов. И все». Открывая выставку его работ, мы отбирали их по определенному принципу: цветы и лица. Изображения цветов можно назвать «портретами цветов», а на лица людей художник часто накладывает крест – возможно тот, что несет каждый человек на своем жизненном пути. Человек становился частью пейзажа, прорастая цветами и превращаясь в цветок. А цветы, наоборот, превращаются в лица, губы, смотря на зрителя с портрета, как если бы были людьми. В случае с Яковлевым мы имеем классический пример феномена внутреннего видения. Его взгляд направлен вовнутрь себя, то есть он рисует свой внутренний мир. Внутренний мир можно видеть, закрыв глаза. В его картинах явственно ощущается печать трагедии, но в то же время они дарят надежду на лучшее».
По воспоминаниям друзей художника, он мог часами лежать на траве и рассматривать цветы, удивляясь их необычному устройству. Так появились картины «Черный цветок», «Белый цветок на голубом фоне», «Цветок на красном фоне» и другие цветы – не розы и не ромашки, а «вообще цветы», символическая форма живых организмов.
На протяжении всей жизни Владимир Яковлев создавал абстрактные «портреты ветра», «портреты цветов», печальные, лаконичные изображения лиц, в которых зрителю открывается иная, одному создателю видимая реальность
Несколько работ показаны публике впервые, среди них – произведения из частных коллекций и три картины из собрания Третьяковской галереи: «Композиция. Дождик, солнце» (1959), «Беспредметная композиция» (1958–1959), а также шедевр 1950-х – «Голова» (после реставрации, которой занимался один из кураторов проекта Валерий Силаев)
